?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: литература

Запоздалое открытие

Увы мне, окаянному!
Экую занимательную  книжищу  я, оказывается, ушами прохлопал...
Да, честно говоря, и саму писательницу, Царство ей Небесное.
Всего-то - "на 56 -м году жизни"...
Так что - ежели есть ещё на свете упущенцы вроде меня - рекомендую - местечковый детектив с натуральным привкусом кафкиады!

Вот - вполне себе яркая рецензия:
http://www.peremeny.ru/blog/12653

А здесь - сама книга в аудиоформате - для тех из моих френдов, кто вынужден уже оседлать свой  любознательный нос очками...

https://audioknigi.club/hemlin-margarita-doznavatel

Оригинал взят у systemity в ТАК ХОРОНИЛИ ПАСТЕРНАКА

ТАК ХОРОНИЛИ ПАСТЕРНАКА

Эдуард ПАШНЕВ

«Нас мало. Нас, может быть, трое» — написал Борис Пастернак о поэтах своего поколения. Двоих можно назвать сразу: это сам Борис Леонидович и Маяковский. Третий поэт — Сергей Есенин, может быть, Осип Мандельштам. Анна Ахматова не согласна была с цифрой три. Она писала: «Нас четверо», имея в виду себя, Пастернака, Маяковского и Мандельштама. Борис Леонидович дружил с Анной Ахматовой, но в своем списке великих ее не числил.



С Есениным в молодые годы Пастернак подрался; за Мандельштама не смог заступиться в разговоре со Сталиным. Это мучило его потом всю жизнь.

Маяковский застрелился, Есенин повесился, Мандельштам погиб в сталинском лагере. Пастернак получил Нобелевскую премию. Эта премия его убила. В газетах, на собраниях на поэта обрушился шквал критики с оскорблениями. Требовали, чтобы отказался от премии, сочинили за него письмо в газету. И, в конечном счете, исключили из Союза писателей.

2 июня 1960 года «Литературная газета» на последней странице, в нижнем уголке мелким шрифтом поместила сообщение: « Правление Литературного фонда СССР извещает о смерти писателя, члена Литфонда, Пастернака Бориса Леонидовича…»… Назвали писателем. Но никто из писателей некролог не подписал. Поэта исключили из творческой организации, оставили членом Литфонда, хотя в организации, созданной для помощи писателям, никакой помощи он попросить уже не мог. Так уходил (мелкими буквами по широкому газетному полю) последний поэт большой четверки. Но уходил не сам, его еще нужно было проводить в последний путь. Объявления о панихиде в газете не было. Листочки с объявлениями стали появляться у касс на Киевском вокзале утром в день похорон: «Гражданская панихида состоится сегодня в 15 часов на ст. Переделкино». Их срывали. Кто-то эти листочки (можно сказать, листовки) прикреплял снова.


Read more...Collapse )


9ylgzvhmkdpx-001

"От Ивана III до Бориса Годунова"

Аудиокнига.
СЛУШАТЬ и СКАЧАТЬ можно ЗДЕСЬ:
http://knigogolik.com/component/k2/item/2951-akunin-boris-ot-ivana-iii-do-borisa-godunova.html
     Оригинал взят у tyler78 в Протокол очной ставки профессионального читателя-стукача и московской библиотекарши
  В инете появился протокол очной ставки стукача Сокурова и библиотекарши Шариной. Это не 37й год, это "собачье сердце". Сокуров - вылитый Швондер, олицетворение путинской бездарности.

Read more...Collapse )

Цитаты на загляденье: "творческие вечера авторов, отличавшихся русофобией", "я выявил список из 41 книги, которые особо сильно были русофобскими" (помните классический девиз запутинцев - "мы стали более лучше одеваться"?).

Вот еще замечательное:"не надо быть большим специалистом, чтобы понять, является ли книга русофобской. Я являюсь профессиональным читателем(!!!!!) и могу определить украинской книге бытовую русофобию".

И вот еще: "была издана моя книга украино-российских отношениях "мотивы новой Руины", а подлая Шарина не захотела проводить презентацию! Оказалось, что "украинское сообщество плохо относится к моему творчеству, т.к. я за единение двух народов. Я против любого сепаратизма". Ебанько обиделось: книгу с названием "новая Руина" отказались презентовать в украинской библиотеке - но почему отказались? За что? Он же всего лишь за единение народов и против сепаратизма!

В заключение "профессиональный читатель" блеснул "бЕндеровцами". По-моему, это шедевр. Я знаю. это неправильно, но я не могу заставить себя сокрушаться по поводу новых фокусов этого дебильного государства и его апологетов. Это фарс. Натуральные Швондеры.

Оригинал взят у blogrev в «Первые дни меня не били, стараясь разложить морально и физически»

     Николай Алексеевич Заболоцкий родился (24 апреля) 7 мая 1903 года в Казани, в семье агронома. Детские годы Николая прошли в селе Сернур Вятской губернии, недалеко от города Уржума.
   После окончания реального училища в Уржуме в 1920 году, Заболоцкий поступает в Московский университет сразу на два факультета – филологический и медицинский. Литературная жизнь Москвы захватывает поэта. Он увлекается подражанием то Блоку, то Есенину.
   С 1921 по 1925 годы Заболоцкий обучается в педагогическом институте им. Герцена в Ленинграде. За годы учебы сближается с группой молодых авторов, «обериутов» («Объединение реального искусства»). Всем членам этого объединения были свойственны элементы алогизма, абсурда, гротеска, эти моменты не были чисто формальными приемами, а выражали, и своеобразно, конфликтность мироуклада. Участие в этой группе помогает поэту найти свой путь.
   Первая книга его стихов, «Столбцы», вышла в 1926 году. Эта книга имела шумный и даже скандальный успех. Читателей буквально ошеломили поэтика гротеска и косноязычия, нарушения ритма и метра, шокирующие прозаизмы, откровенная нелитературная стилистика.
   19 марта 1938 года Заболоцкий был арестован органами НКВД по обвинению в антисоветской пропаганде. Содержался поэт сначала в Доме предварительного заключения, а затем в знаменитых «Крестах».
   "Первые дни меня не били, стараясь разложить морально и физически, - писал поэт позднее в своих воспоминаниях. - Мне не давали пищи. Не разрешали спать.
читать дальшеCollapse )
Оригинал взят у aurora_cruiser в Я сам, так сказать, жид, но пусть хоть сам дьявол придет. © И.Бунин

По инициативе РЕК и Центра «Холокост» начат сбор документов об участии русского писателя в спасении евреев во время войны

Российский еврейский конгресс и Центр «Холокост» инициировали присвоение великому русскому писателю, лауреату Нобелевской премии Ивану Бунину и его супруге Вере Муромцевой-Буниной звания Праведников народов мира.

Это звание присуждается людям разных национальностей, которые, рискуя жизнью, спасали евреев во время Холокоста, и считается одним из высших символов уважения еврейского народа. На минувшей неделе отдел Праведников мемориала «Яд ва-Шем» в Иерусалиме принял запрос РЕК и центра «Холокост» и начал сбор официальных документов об обстоятельствах участия Буниных в спасении евреев.

Read more...Collapse )



   Мне уже случалось упоминать в этих электронных скрижалях своего задушевного и закадычного приятеля, Лёху Бекетова, по прозванию Хоббит.
   Последний раз - дня три назад, когда мы с ним, по случаю наступившего, несмотря ни на что, дня весеннего равноденствия и весеннего настроения ("в.обострения"?), объединились, с целью распития бутылочки-другой-третьей коньяку, и до того воспарили, что, на потеху трактирной публике, читали друг другу стихи на всяких- разных языках...
   Читал, в основном, он, поскольку, будучи наделён баснословной эрудицией и памятью феноменальной, может равно выразительно  воспроизводить как "Эпос о Гильгамеше", так и Томаса Элиота, а из отечественных пиитов - от Хераскова и кн.Шаликова - вплоть до всего Заболоцкого и Давида Самойлова!
   При этом - остроумен, неизменно оптимистичен, доброжелателен и незлоблив, в общем - очарователен...
   Но главное в нём - то, что среди узкого, и необратимо сужающегося, круга малость подсостарившихся хиппи первого и второго призывов, 70-х и 80-х, он широко известен, как вполне сложившийся, имеющий свой индивидуальный стиль, узнаваемый голос, поэт и литератор.
   Испытывая огромную симпатию к этому, без преувеличения, незаурядному человеку, в смысле - Хоббиту,  хочу восславить его, моншера моего драгоценного.
   Люди! Любите Хоббита, ибо таких, как он - совсем мало, и, вскорости, боюсь, не останется вовсе...
   Просто любите - и вам воздастся.
   Здесь - ссылка на его стихи: papa-lesha.narod.ru/hobbit/punk-rock.htm
   А здесь - знаменитые "Арбатские хроники", которых, однако, ни в коем случае не следует читать несовершеннолетним, равно как и ригористам, не приемлющим  употребления просторечно-экспрессивной лексики: hippy.ru/arbhr.html Ну, вот пишетcя ему именно так, а не иначе...
   Что ж теперь, головой об стену биться? Может, и Ивана Семёновича Баркова прикажете из истории русской литературы вычеркнуть?
   Будь здрав и благополучен во все дни жизни твоей, милый Лёха!


   Обнаружил тут, днями, совершенно случайно, абсолютно неизвестного мне,  немолодому уже Городскому гоминиду, необыкновенного  москвича...
   И размещаю здесь его фото.
   Качество - сами видите, не особо, чтобы превосходное. Но - какое уж есть, иного в Сети не сыскалось....
   А разместить его совершенно необходимо, поскольку изображён на нём Федот Федотович Сучков, литератор, скульптор и вообще, человек необыкновенной судьбы.
   И запечатлён он рядом с одним из своих творений, памятником на могиле замечательного писателя Варлама Тихоновича Шаламова, с каковым был знаком многие годы.
   И, кроме того, в молодости он приятельствовал, вы только со стула не упадите... с Андреем Платоновым! И даже является автором мемориальной доски в его честь, что размещена на здании Литинститута на Тверском бульваре. Правда, когда Федот Федотович вернулся из Гулага, то не застал уж его в живых - сумели, как известно, и "на воле" уморить... Соответствующие "ноу хау" отлажены были  до византийской непревзойдённости.
   Одним словом, совсем ещё недавно, жил среди нас человек удивительной судьбы и несомненного яркого дарования.
   Отчего и остался если не в полной безвестности, то вроде того...
   Тем, кому интересен мартиролог отечественного "литературного процесса" - краткий мемориум Евгения Попова здесь:www.krasdin.ru/2001-1-2/s241.htm
   Более обстоятельное воспоминание Вяч.Кабанова - читать тут:magazines.russ.ru/voplit/2006/1/ka14.html
   Вот такая, братцы мои, необыкновенная, правда, вполне типическая, история...
  P.S. Долгие годы одна мысль преследует меня неотступно: каково же число талантов, сгинувших в недрах Большой Зоны бесследно, оставшись неведомыми для нас, потомков и наследников? Тех, кому судьба не дала шанса оставить по себе ни строчки, ни рисунка, ни ноты - вообще НИЧЕГО...
   Ибо судьба воротившихся, вопреки всему, Федота Федотовича, Варлама Тихоновича  - это  исключительные случаи, не более, чем сбои, недоработки отлаженного механизма убиения всякой самостоятельной и бесконвойной мысли - как положено, вместе с жизнью...
  P.P.S. Тем из читателей, кто дружен с редакторами вроде Фотошопа, убедительная и необременительная просьба - отретушировать и разместить в Сети это изображение, за отсутствием там всяких иных. Полагаю, это было бы делом вполне душеполезным...

Возвращаясь к теме.
Евгений Попов о Ф. Ф. Сучкове:

    Уроженец Красноярского края, знаменитый московский человек Федот Федотович Сучков жил в полуподвальном помещении дома, расположенного в Колобовском переулке между уцелевшим винным заводом и таинственным оштукатуренным строением. Местная легенда утверждала, что строение это - быавшая глушилка "вражеских голосов".
    А был Федот Федотович - скульптор, поэт, прозаик, драматург, эссеист. Естественно, не член Союза писателей и Союза художников, потому что в Союз писателей не принимают авторов неопубликованных книг, а в Союз художников - участников несостоявшихся выставок. Почти вся сознательная жизнь Федота Федотовича, родившегося в январе 1915-го и умершего в ноябре 1991-го, пришлась на тот исторический отрезок времени, когда Россией правили коммунисты.
    Ибо в 1939 году он, сын сибирского мужика, поступил в Литинститут им. Горького. Ходил в гости и подружился с великим Андреем Платоновым, который обитал во флигельке того же института. 5 сентября 1942 года Федот Федотович был арестован органами НКВД и в качестве "врага народа" укреплял завоевания социализма в Бутырской тюрьме, на "мертвой дороге", в ссылке на Ангаре и в других не менее гостепреимных местах любезного отечества. Реабилитированный, доучивался в том же институте, отчего имел фантастический диплом, достойный книги рекордов Гиннеса. Там было написано: поступил в 1939, закончил в 1958 году. Его соучениками в этот период были: Юрий Казаков, Анатолий Приставкин, Белла Ахмадулина, Анатолий Кузнецов.
    Будучи литсотрудником, завотделом и ответсекретарем знаменитого в 60-е журнала "Сельская молодежь", он содействовал первым  публикациям в СССР Платонова и Булгакова (многим памятно его замечательное предисловие "На красный свет" к тому сборнику Платонова, где впервые был напечатан крамольный "Город Градов"), открывал на страницах журнала нынешних классиков Андрея Битова и Фазиля Искандера. Создал множество скульптур, добрый десяток пьес, изрядное количество прозы, стихов, мемуаров. "Горел": в 1968 году за сильно отличающийся от официального взгляд на "события в Чехословакии", в 1969 - за яркую, бескомпромиссную речь, произнесенную на юбилейном вечере Платонова, в 1980 - непонятно за что, скорей всего по причине окончательно сгустившегося тоталитарного маразма. Вечерком к нему, никогда не занимавшемуся ПОЛИТИКОЙ, пришли в мастерскую казенные люди и после многочасового обыска унесли в холщовых мешках все, что он за свою жизнь написал. Забрали и ужасные книги, сочиненные его друзьями Юрием Домбровским, Варламом Шаламовым и изданные на Западе, которые он преступно "хранил и распространял".
    В конце 80-х жизнь Федота Федотовича вроде бы переменилась. Стали понемногу печатать то, что некогда было унесено в холщевых мешках. На выставке в Центральном Доме Художника экспонировались созданные им портреты Домбровского, Шаламова, Солженицына, Набокова, Бунина. Барельеф Платонова работы Федота Сучкова до сих пор украшает фасад Литинститута. К Сучкову зачастили корреспонденты, его сняло Центральное телевидение.
    Переменилась да не совсем. Кочевала по редакциям да так и не нашла себе места ни в одном "перестроечном" журнале его повесть "История Алпатьева". Лишь за несколько месяцев до смерти Сучкова в издательстве "Книжная палата" вышла его книга "Бутылка в море", давно ставшая библиографической редкостью.
    Как-то всегда оказывался Федот Федотович не ко времени, не к ОФИЦИАЛЬНОМУ времени. По его мнению, он даже в тюрьму сел преждевременно. "Я, парень, только-только начал соображать, что это такое, советская власть, смотрю - а я уж и сижу", - посмеиваясь, сказал он мне наутро после того самого обыска, когда мы взяли бутылку, чтобы завить горе веревочкой.
    Я горд тем, что хорошо знал Федота Федотовича, что мы в те годы были ВМЕСТЕ. Драгоценным было это общение с замечательными СТАРШИМИ людьми, прошедшими большевистскую мясорубку и тем не менее сохранившими живую душу. Я говорю сегодня о конкретном человеке, конкретном гражданине своей родины, которую он любил гораздо больше, чем она его. Я говорю о Федоте Федотовиче Сучкове, который незадолго до смерти написал:

   "И я иду с прямою выей,
   с поднятой к небу головой,
   счастливей всех, себя счастливей
   и самому себе конвой."



Евгений Попов

26 апреля 1999 г.
Москва
http://evgpopov.livejournal.com/65403.html#comments

БРАВО, ЮЛИЙ ЧЕРСАНОВИЧ!




               ЮЛИЙ КИМ
               Баллада о том, как Александр Галич посетил Москву этой осенью.


   Не слагал я трёх гимнов Отечеству,
   Но свободе его послужил.
   Так что мне Управляющий Вечностью
   Прокатиться в Москву разрешил.
   На моё девяностое летие
   Вот подарок мне вышел какой!
   И помчался буквально как ветер я,
   И примчался в мой город родной.


   Но гляжу, он какой-то двоюродный,
   Ни на "Вы" не могу, ни на "ты".
   В лихорадке сегодняшней муторной
   До чего исказились черты!
   Разнаряжена, разнарумянена,
   Топоча, хохоча, матерясь,
   Ай, Москва! Разгулялася барыня!
   До заморских обнов добралась.


   Всю округу заляпала лейблами
   И, наушником ухо заткнув,
   Дикой помесью рока с молебнами
   Услаждает свой девственный слух.
   И кошерное жрёт, и скоромное,
   И коньяк из горла, и дубняк.
   То рыдает над кошкой бездомною,
   То гоняет бомжей, как собак.


   И делясь сокровенными тайнами,
   Вам покажет вдали от людей
   Николашку Второго со Сталиным
   В медальоне промежду грудей.
   И включит она ГУМ многоярусный,
   И почешет она по торгам,
   И зажжётся в глазах её яростный
   И немеркнущий чистоган!


   - Ну, привет, говорю, принимай меня.
   Всё же вроде бы не чужой.
   - Ох ты, батюшки, я вся внимание!
   Не узнала, прости, дорогой.
   Позвонил бы, уж мы б тебя встретили.
   Ты по делу сюда или так?
   - У меня девяностое летие,
   Всё ж я Галич, небось, как-никак.


   - Как же, помню, мадам Парамонова.
   Эти, как их там... облака.
   Может, есть у тебя чего нового?
   - Да пока не скудеет рука,
   Есть баллада про новых зека,
   Есть канкан ветеранов Чека,
   Есть про Путина пара стишков,
   Есть комедия "Вас вызывает Лужков"...

   А она мне: "Любименький бард ты мой,
   Разгребатель родного дерьма...
   Значит, даже могила горбатому
   Не сумела исправить горба?
   Я б дала тебе, Сашенька, выступить,

   Но не вижу для этого мест:
   Всё, блин, занял Каспаров под диспуты,
   Да Лимонов с Рыжковым под съезд.
   Ни принять, ни обнять, ни пригреть тебя -
   Аж мне стыдно самой от себя.
   Ты давай, приезжай на столетие -
   Я на подступах встречу тебя!"


                Осень 2008 г.

   Опубликовано: " Новая газета ",  № 78, 20 октября 2008 г.   www.novayagazeta.ru/

   Вот так-то, братцы...
    P.S. СЛУШАТЬ ЗДЕСЬ:

  



Profile

HOMINID 1
oldmitrich
OLDMITRICH

Latest Month

December 2016
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow